Зарождение менеджмента в России и его развитие в СССР

Если антитейлористы умалчивали о достижениях западной теории рационализации, то тейлористы, которых было много среди инженеров технических специалистов, напротив, превозносили американские и европейские методы НОТ.

К «богдановщине», как называли антитейлоровское течение, примыкали тогда известные нотовцы Лавров, Есьманский, Кан, Ерманский. Распространенным течением был и «файолизм», в котором технико – экономические, организационные стороны производства заслонялись личным началом руководителя.[5., стр.136] baggy.kiev.ua/odezhda-dlja-sobak/veljurovye-kostjumy/ - Костюмы для собак бывают разные. В первую очередь, самыми удобными являются спортивные костюмы.

Длительная дискуссия вокруг тейлоризма касалась так же вопросов производительности труда. Доказывая необоснованность попыток планировать заведомо низкие темпы роста экономики, А. К. Гастев проявил себя принципиальным защитником повышения интенсивности труда.[6., стр. 290]

Многие в то время считали возможным достижение высокой производительности труда без его интенсификации, полагая, что у классового врага следует перенимать лишь теоретические достижения, учиться же у буржуазии дисциплине труда, его рациональной организации не только бесполезно, но и, якобы, вредно. Ленин назвал подобные утверждения предрассудками, облеченными в научную форму. Но тот же Ленин решительно критиковал тектологию Богданова за приверженность субъективному идеализму.

Отсутствие однозначного отношения к зарубежным теориям, дискуссии вокруг системы Тейлора - все это и многое другое свидетельствует о переходности данного периода.

Перед II Всероссийской конференцией НОТ (1924г.) четко выявились две теоретические группы – «группа 17-ти» (Керженцев, Бурдянский и др.) и «цитовцы» (Гастев, Гольцман и др.), основные различия заключались в том, что первые в центр внимания ставили вовлечение масс в работу НОТ, а вторые, по мнению их противников, замыкались в узких лабораторных рамках, сводя всю практику НОТ к деятельности сотрудников научных институтов труда. [4., стр.47]

20-е годы – это, пожалуй, самый интересный и плодотворный период, когда отечественная наука управления создала теоретический концепции и практический методы, сопоставимые с лучшими зарубежными образцами. Ни до, ни после этого она уже не знала столь высокого подъема. Короткий период в 10-15 лет дал нам подлинные образцы социологии эффективного управления, которые в последующие 50 лет не только не были развиты, но фактически полностью утрачены. Теоретические основы науки управления, понимаемой широко – от управления всем народным хозяйством до руководства отдельным предприятием – развивали такие крупные ученые, как Чаянов, Кондратьев, Струмилин, Гастев, Богданов.

Таким образом, можно говорить о том, что зарождение науки управления приобрело в 20-е годы широкий общественно – политический резонанс.[12., стр. 273-274]

«Индустриальная утопия» О. Ерманского

Правильно оценив прогрессивную роль механизации и автоматизации производства, Ерманский приходит к несколько неожиданному выводу о том, что в скором времени все станут руководителями, поскольку работать будут не живые люди, а сложные машины – автоматы. [7., стр. 173]

Подкреплял теоретические положения Ерманский такими выкладками: 50 лет назад соотношение между руководителями и исполнителями было 1:100, перед первой мировой войной 1:12, в 20-е годы 1:7, на крупных же предприятиях, применяющих НОТ 1:5, идеал Тейлора 1:3, наконец, в перспективе такое соотношение должно быть 1:0.

«остается неясным, - пишут Омаров и Корицкий, приведшие в своей статье расчеты Ерманского, - кем же будут управлять руководители, если число исполнителей сократиться до нуля? Машинами? Но тогда речь должна идти не об управлении производством, а управлении вещами. Что в свою очередь, вероятно, является заблуждением». [8.,стр. 101]

процесс вытеснения человека из сферы непосредственного производства Ерманский почему – то понял как ликвидация живого труда. Точнее, не вообще живого труда, а труда исполнителей. Ведь деятельность руководителей - тоже элемент живого труда. Конечно, управленцы в проекте Ерманского остаются. Более того, численность их рядов резко возрастает.

«Индустриальная утопия» Ерманского строилась на одной очень незаметной методологической ошибке: абстрактные теоретические рассуждения подкреплялись не менее абстрактной эмпирикой; вместо конкретного анализа проблемы автор приводил надуманные количественные расчеты.

Наверное, не следовало бы останавливаться на слабостях в концепции того или иного мыслителя, теоретических курьезах или заведомо утопических проектах. К сожалению, они были общим местом науки управления 20 –х. годов, выражали типичное в ней – наивность теоретической мысли, лишенной преемственности с наследием старой российской культуры, ориентацию на классовый принцип пролеткультовскую идеологию.

Перейти на страницу: 1 2 3

Риск в менеджменте   www.finlabel.ru